Обзор дисциплинарной практики АПСО за 2019 год

Часть II



Формальное выполнение адвокатом обязанностей защитника в судебном заседании и незнание руководящих разъяснений Верховного суда РФ, привело к судебной ошибке и отмене судебного решения ввиду нарушения права обвиняемого на защиту. Квалификационной комиссией такое поведение адвоката признано дисциплинарным проступком.


В распоряжении президента АПСО указано, что поводом для дисциплинарного производства послужила жалоба доверителя.


В жалобе указано: «31 января 2019г. при рассмотрении поданной мною жалобы в порядке статьи 125 УПК РФ мне был предоставлен защитник по назначению суда Б..

Адвокат при осуществлении моей защиты действовала вопреки моей воле и законным интересам, что явилось нарушением пп.1 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п.п.1,2 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката, повлекло за собой нарушение моих прав, а как известно любое правонарушение вредно. Данное обстоятельство вышеуказанного нарушения подтверждается апелляционным постановлением от 28 марта 2019г., дело №».


В приложенном к жалобе апелляционном постановлении Свердловского областного суда от 28.03.2019г. содержится такой вывод:

«Как видно из протокола судебного заседания от 31 января 2019г., при обсуждении вопроса о возможности рассмотрения жалобы в отсутствие обвиняемого Е. , находящегося на стационарной экспертизе, настаивающего на своем участии, адвокат по назначению Б. не возражала против рассмотрения жалобы в отсутствие обвиняемого Е..

Из изложенного следует, что адвокат Б. при рассмотрении жалобы в порядке ст.125 УПК РФ действовала вопреки воле и законным интересам доверителя, а суд первой инстанции мер к устранению допущенного права на защиту не принял.

Таким образом, при рассмотрении судом первой инстанции было нарушено право обвиняемого на защиту, что в соответствии с п.4 ч.2 ст.389.17 УПК РФ является основанием для отмены судебного решения».


Адвокат Б. в письменных объяснениях не отрицая факта представления по назначению суда в городском суде интересов обвиняемого Е. по его жалобе в порядке ст.125 УПК РФ в судебном заседании 31.01.2019г. указала: « Заседание проходило в отсутствии обвиняемого, который находится в стационаре ГБУЗ СО «СОКПБ». Мною были полностью поддержаны доводы жалобы Е. , что подтверждается копией протокола судебного заседания от 31.01.2019г. Никаких нарушений, о которых пишет в своей жалобе Е., мною допущено не было. Жалобу считаю необоснованной.» К объяснениям адвокат приложила копию протокола судебного заседания по делу №


По мнению Президента АПСО, действия адвоката противоречат требованиям п.1 ст.8; п.п. 1,2 п.1 ст.9 КПЭА и пп.3 п.4 ст.6;п.п. 1,4 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» о добросовестном и квалифицированном отношении к своей работе и являются, в соответствии с п.1 ст.18 КПЭА, основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности

Будучи надлежащим образом уведомленной о возбуждении дисциплинарного производства, правах, предусмотренных п.5 ст.23 КПЭА, а также дате, времени и месте заседания квалификационной комиссии адвокат дополнительных объяснений не представила. На заседании квалификационной комиссии адвокат признала, что допустила профессиональную ошибку.


Доверитель Е. на заседание квалификационной комиссии не явился.


Квалификационная комиссия считает возможным рассмотреть настоящее дисциплинарное производство при данной явке, поскольку в п.3. ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката указано, что неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства. В этом случае квалификационная комиссия рассматривает дело по существу по имеющимся материалам и выслушивает тех участников производства, которые явились на заседание комиссии.


При принятии решения по существу квалификационная комиссия исследовала следующие документы:

- распоряжение президента АПСО о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката Б.;

- жалобу доверителя Е. в отношении адвоката Б.;

- объяснения адвоката Б.;

- копию апелляционного постановления судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 28 марта 2019г., по делу № в котором указано, что основанием для отмены решения городского суда явилось нарушение права обвиняемого на защиту адвокатом Б. которая. при рассмотрении жалобы в порядке ст.125 УПК РФ действовала вопреки воли и законным интересам доверителя, а суд первой инстанции мер к устранению допущенного права на защиту не принял;

-копию протокола судебного заседания по делу № из содержания которого видно, что адвокат не возражала против рассмотрения дела в отсутствие обвиняемого Е. и не возражала против мнения прокурора, заявившего в процессе о возможности рассмотрения дела без обвиняемого, полагая что это не противоречит положениям п.13 ст.109 УПК РФ.


Исследовав материалы дисциплинарного производства, квалификационная комиссия приходит к выводу о доказанности факта умышленного нарушения адвокатом Б. положений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и норм адвокатской этики, при обстоятельствах, изложенных в постановлении президента АПСО.


Квалификационная комиссия исходит из следующего.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката жалоба доверителя поступившая в адвокатскую палату является допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства.


После возбуждения дисциплинарного производства лица, органы и организации обратившиеся с жалобой, представлением, сообщением, адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, а также представители перечисленных лиц, органов и организаций являются участниками дисциплинарного производства.( п.6 ст.19 КПЭА)


Право участников дисциплинарного производства знакомиться с материалами дисциплинарного производства, участвовать в заседании комиссии лично или через представителя, давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения и предоставлять доказательства закреплено п.5 ст.23 КПЭА.


В соответствии с п.1 ст.23 КПЭА разбирательство в квалификационной комиссии осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.


Автором жалобы указано, что адвокат Б., в суде действовала вопреки его интересам. Доводы жалобы доверитель подтвердил копией апелляционного постановления Свердловского областного суда от 28 марта 2019г., которым постановление ….городского суда от 31.01.2019г было отменено из-за нарушения права обвиняемого на защиту.


Адвокат Б. представила письменные объяснения, в которых указала, что была убеждена в том, что оказала необходимую юридическую помощь доверителю, поддержав доводы его жалобы.


Квалификационная комиссия критически относится к данным объяснениям, как оправдывающие их не принимает, поскольку они опровергаются содержанием апелляционного постановления, а также протоколом судебного заседания.


По мнению квалификационной комиссии адвокат не учла положения содержащиеся в Постановлении Пленума ВС РФ от 10.02.2009г « О практике рассмотрения судами жалоб в прядке ст. 125 УПК РФ», п. 10, где указано: « При неявке в судебное заседание по уважительным причинам заявителя и иных лиц, настаивающих на ее рассмотрении с их участием, судья выносит постановление об отложении разбирательства по жалобе и сообщает им о дате и времени ее рассмотрения», а также не отреагировала на явную процессуальную ошибку прокурора, полагавшего возможным рассмотреть жалобу применив положения п.13 ст.109 УПК РФ. Данный пункт предусматривает право суда рассмотреть ходатайство о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в отсутствие обвиняемого находящегося на стационарной судебно-психиатрической экспертизе и иных обстоятельств…. Однако судом рассматривалась жалоба Е. на действия следователя, а не продление срока содержания под стражей.


Квалификационная комиссия находит убедительными доводы доверителя о том, что суд нарушил его право на защиту, и в этом нарушении приняла участие адвокат Б. не проявившая необходимой добросовестности и квалификации.


Квалификационная комиссия считает установленным, что адвокат Б. неквалифицированно и недобросовестно выполняла свои профессиональные обязанности, нарушив права и законные интересы своего доверителя. Участие адвоката в уголовном судопроизводстве напрямую связано с позицией подзащитного. При этом адвокат обязан не только формально поддерживать позицию доверителя, но и следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушения прав последнего, ходатайствовать об их устранении, самому соблюдать нормы процессуального законодательства ( ст. 12 КПЭА ) Однако, адвокат Б. на нарушение норм УПК РФ не отреагировала, поддержав обвинителя, заняла по делу позицию, противоположную позиции доверителя.


В соответствии с пп.1 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат обязан честно, разумно, добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещёнными законодательством Российской Федерации средствами, квалифицированно и принципиально исполнять свои обязанности


Пп.3 п.4 ст.6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пп. 1,2 п.1 ст.9 КПЭА прямо запрещают адвокату действовать вопреки законным интересам доверителя; занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя и действовать вопреки его воли, за исключением случаев, когда адвокат-защитник убежден в наличии самооговора своего подзащитного.


Поскольку адвокат Б. нарушила указанные выше положения законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и нормы профессиональной этики, квалификационная комиссия усматривает в её действиях состав дисциплинарного проступка.


Совет АПСО с учетом осознания адвокатом профессиональной ошибки определил адвокату мерой дисциплинарной ответственности – замечание.


Действия адвоката вопреки разъяснениям Комиссия по этике и стандартам ФПА России «По вопросам приоритета участия адвоката в судебных заседаниях и приоритета профессиональной деятельности над иной деятельностью» является нарушением пп.4 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»


Имея в производстве несколько дел от доверителей, адвокат, не дожидаясь официального уведомления суда о назначении судебного заседания, обязан следить за их движением и по возможности согласовывать (заблаговременно) с судом даты судебных заседаний в целях исключения назначения их на одну дату.


В распоряжении президента АПСО указано, что поводом для дисциплинарного производства послужило обращение суда в форме частного постановления.


12.04.2019г. в адрес адвокатской палаты Свердловской области поступило частное постановление судьи судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда М.. от 28.03.2019г. в отношении адвоката К.


В частном постановлении отмечается, что адвокат К., защищавший по соглашению обвиняемого Р., без уважительной причины не явился в судебное заседание Свердловского областного суда 26 марта 2019 года на рассмотрение судебного материала по апелляционной жалобе адвоката в защиту интересов обвиняемого на постановление …. городского суда Свердловской области от 19.03.2019г об изменении меры пресечения Р. с подписки о невыезде и надлежащем поведении на содержание под стражей. Рассмотрение материала по ходатайству обвиняемого, настаивающего на участии в процессе адвоката К. было отложено на 28.03.2019г.

Как указывает суд адвокат К. документов, подтверждающих уважительность причин неявки, в суд не представил, в пояснениях утверждал, что 26.03.2019г. находился на свидании в ИК 47 с другим подзащитным.

В частном постановлении суд отмечает, что «в соответствии с правовыми позициями Европейского Суда по правам человека и Верховного суда Российской Федерации каждый задержанный и арестованный имеет право на безотлагательное судебное рассмотрение вопроса о правомерности содержания под стражей.

В целях обеспечения названного права Свердловский областной суд в сокращенные сроки назначает и рассматривает судебные материалы об избрании и продлении меры пресечения.

25.03.2019г в Свердловский областной суд поступил судебный материал по апелляционной жалобе адвоката К. на постановление …. городского суда Свердловской области от 19.03.2019г рассмотрение которого было назначено на 26.03.2019г. на 10 час.30 мин.

При извещении 25.03.2019г адвоката К. защитник пояснил, что будет принимать участие в судебном заседании, поскольку с ним заключено соглашение на участие в суде апелляционной инстанции. 26.03.2019г. от адвоката поступило ходатайство об отложении, в котором сообщил, что не может участвовать в суде апелляционной инстанции 26.03.2019г, просил отложить в связи с занятостью.»

Суд полагает, что приведенные факты свидетельствуют о невыполнении адвокатом требований ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и положений Кодекса профессиональной этики адвоката в соответствии с которыми адвокат обязан добросовестно и своевременно исполнять профессиональные обязанностей , уважать и активно защищать права доверителя. Как считает суд: « неявка без уважительных причин адвоката повлекла отложение рассмотрения вопроса о мере пресечения в отношении обвиняемого судом апелляционной инстанции. Указанное обстоятельство расценивается судом, как злоупотребление своим правом»


По мнению президента АПСО в действиях адвоката имеется нарушение требований п.п. 4 п.1 ст.7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» п.1 ст.8; п.п.5 п.1 ст.9; п.3 ст.10; ст.12 Кодекса профессиональной этики адвоката.


Будучи надлежащим образом уведомленным о возбуждении дисциплинарного производства, правах, предусмотренных п.5 ст.23 КПЭА, а также дате, времени и месте заседания квалификационной комиссии, адвокат К. представил объяснения в которых указал, что о рассмотрении материалов надлежащим образом не извещался, с частным постановлением суда не согласен и обжаловал его. К объяснениям адвокат приобщил копию апелляционной жалобы на частное постановление суда, а также документы о его занятости 26.03.2019г.


На заседании квалификационной комиссии адвокат доводы письменных объяснений поддержал. Вместе с тем адвокат признал, что его действия находились в противоречии с разъяснениями Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам от 16.02.2018г.


Судья судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда М. на заседание квалификационной комиссии не явилась.


Квалификационная комиссия считает возможным рассмотреть настоящее дисциплинарное производство при данной явке, поскольку в п.3. ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката указано, что неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства. В этом случае квалификационная комиссия рассматривает дело по существу по имеющимся материалам и выслушивает тех участников производства, которые явились на заседание комиссии.


При принятии решения по существу квалификационная комиссия исследовала следующие документы:

- распоряжение президента АПСО о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката К.

- обращение ( частное постановление) судьи судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда М. в отношении К.

- объяснения адвоката К.

- справку из ИК- 47 подтверждающую встречу адвоката К. с осужденным З. 26.03.2019г.

- копию протокола судебного заседания судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 26 и 28.03.2019г по делу Р.

- копию докладной ( служебной записки) помощника судьи И. судье Свердловского областного суда М. в которой указано, что в ходе телефонного разговора 25.03.2019г адвокат К. осуществляющий по соглашению защиту обвиняемого Р. сообщил, что в судебное заседание явиться не может в связи с тем, что будет занят, т.к. у него свидание в колонии с подзащитным.


Исследовав доводы участников дисциплинарного производства, материалы дисциплинарного производства, проведя голосование именными бюллетенями, квалификационная комиссия приходит к выводу о доказанности факта умышленного нарушения адвокатом К. положений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и норм адвокатской этики, при обстоятельствах, изложенных в распоряжении президента АПСО и обращении суда


Квалификационная комиссия исходит из следующего.


В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката обращение суда (судьи), рассматривающего дело, представителем (защитником) по которому выступает адвокат в адрес адвокатской палаты является допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства.


После возбуждения дисциплинарного производства лица, органы и организации обратившиеся с жалобой, представлением, сообщением, адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, а также представители перечисленных лиц, органов и организаций являются участниками дисциплинарного производства.( п.6 ст.19 КПЭА)


Право участников дисциплинарного производства знакомиться с материалами дисциплинарного производства, участвовать в заседании комиссии лично или через представителя, давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения и предоставлять доказательства закреплено п.5 ст.23 КПЭА.


В соответствии с п.1 ст.23 КПЭА разбирательство в квалификационной комиссии осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.


Автором обращения в качестве доказательств предоставлено собственно частное постановление, докладная ( служебная записка) помощника судьи И., копия протокола судебного заседания судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 26 и 28.03.2019г по делу Р..


Адвокат К. в качестве доказательств представил справку о встрече с осужденным З. письменные объяснения и устные объяснения, копию ходатайства об отложении дела, копию кассационной жалобы.


В связи с изложенным квалификационная комиссия считает установленным, что адвокат К., зная о назначении судебного заседания областного суда, выполнял получение по другому делу, встречаясь в условиях колонии с осужденным дела, осознавая, что в судебный процесс в назначенное время не явится.


Адвокат К. оправдывая свои действия представил документы, подтверждающие его встречу с осужденным З. 26.03.2019г. и, кроме того, заявил, что о рассмотрении материалов в областном суде надлежащим образом извещен не был.


Квалификационная комиссия находит, что уважительность причин неявки в судебное заседание в создавшейся ситуации вовсе не освобождает адвоката от дисциплинарной ответственности. Тем более, что адвокат К. не представил суду каких-либо оправдательных документах о причинах своей неявки в процесс. ( это отражено в протоколе судебного заседания)


В соответствии с п.п. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокат обязан соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции;


Объяснения адвоката свидетельствуют о непонимании им требований п.п. 5 п.1 ст.9 и п.3 ст.10 Кодекса профессиональной этики адвоката.


Пп.5 п1. Ст.9 КПЭА «Адвокат не вправе: принимать поручения на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить;»


п.3 ст.10 КПЭА «Адвокат не должен принимать поручение, если его исполнение будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения.»


По смыслу вышеуказанных положений адвокат обязан был воздержаться от принятия поручений по другим делам ввиду назначения судебного процесса ( по рассмотрению его же жалобы !) в областном суде. Однако адвокат К. избрав в сложившейся ситуации приоритетом встречу с осуждённым, проигнорировал своевременную защиту доверителя заключившего с ним соглашение, а также проявил неуважение к суду. Такое поведение противоречит п.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката предписывающего «при осуществлении профессиональной деятельности честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять обязанности», а также ст.12 КПЭА обязывающей адвоката проявлять уважение к суду.


Помимо прочего, действия адвоката не соответствуют разъяснениям Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам от 16.02.2018г. «По вопросам приоритета участия адвоката в судебных заседаниях и приоритета профессиональной деятельности над иной деятельностью» где указано: « Имея в производстве несколько дел от доверителей, адвокат, не дожидаясь официального уведомления суда о назначении судебного заседания, обязан следить за их движением и по возможности согласовывать (заблаговременно) с судом даты судебных заседаний в целях исключения назначения их на одну дату…


По общему правилу при совпадении даты следственных действий с датой судебного заседания адвокат должен отдать приоритет участию в судебном заседании…» Эти правила адвокатом нарушены.


В соответствии со ст.37.1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» Комиссия по этике и стандартам является коллегиальным органом Федеральной палаты адвокатов, разрабатывающим стандарты оказания квалифицированной юридической помощи и другие стандарты адвокатской деятельности, дающим обязательные для всех адвокатских палат и адвокатов разъяснения. Действия адвоката вопреки разъяснениям Комиссии является нарушением пп.4 п.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»


Поскольку адвокат К. умышленно нарушил указанные выше положения законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и нормы профессиональной этики, квалификационная комиссия усматривает в его действиях состав дисциплинарного проступка.


Совет адвокатской палаты с заключением квалификационной комиссии согласился и, с учетом признания адвокатом проступка, назначил К. взыскание в виде замечания.



Оказание юридической помощи без заключения соглашения по всем условиям, предусмотренным законом, является нарушением прав доверителя. Не оговорив условий об оплате, адвокат лишил себя возможности опровергать утверждения доверителя по факту получения гонорара помимо кассы адвокатского образования.


Такое поведение адвоката является проступком, влекущим применение мер дисциплинарной ответственности


В постановлении президента АПСО указано, что дисциплинарное производство возбуждено на основании представления вице-президента АПСО в отношении адвоката Щ. , осуществляющего профессиональную деятельность в адвокатской конторе № г. Н. Тагила


В представлении по итогам проверки заявления доверителя К. указано следующее:

«В Совет АПСО поступило заявление доверителя К. в отношении адвоката Щ. Жалоба по форме не соответствует требованиям п.2 ст.20 Кодекса профессиональной этики адвоката, но информация, представленная К., даёт повод для инициирования дисциплинарного производства.

К. утверждает:

«Для защиты своих прав в рамках уголовного дела № я по предварительной телефонной договоренности обратилась в адвокатскую контору № к адвокату Щ., объяснила ему все обстоятельства, тут же на месте Щ. озвучил сумму гонорара – 100 000 рублей. На мой вопрос, что будет, если дело не дойдёт до суда, Щ. «согласился» взять 50 000 «сейчас» и 50 000 рублей «потом»…

Никакого договора об оказании юридических услуг, соглашений и т.п. я с Щ. не заключала. 45000 рублей я отдала ему наличными – 1000-рублёвыми купюрами, при этом никаких квитанций и иных подтверждающих финансовых документов он мне не предоставил».

Из объяснений адвоката Щ. видно, что он оказывал юридическую помощь К. без заключения соглашения, предусмотренного ст.25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре».


Адвокат указывает: «Я, оценив объём работы, характер возникших правоотношений между участникам и сложность дела, назвал сумму гонорара за свою работу, который должен был составить 100 000 рублей. Указанную сумму я предложил внести К. в кассу адвокатской конторы . К. , согласившись с суммой, подлежащей уплате за мою работу, попросила отсрочку по её внесению, сославшись при этом на тяжёлое материальное положение. Я же, связанный обещанием своему знакомому помочь К., согласился подождать с оплатой и приступить к выполнению работы без предварительной её оплаты».


Вице-президент АПСО в своем представлении делает вывод: «Не заключив соглашения и не определив в соглашении вопросы объема оказываемой помощи, условий оплаты, в т.ч. и отсрочки оплаты, адвокат создал двусмысленную ситуацию, приведшую к конфликту.


Оказание юридической помощи без заключения соглашения по всем условиям, предусмотренным законом, является нарушением прав доверителя. Не оговорив условий об оплате, адвокат лишил себя возможности опровергать утверждения доверителя по факту внесения гонорара помимо кассы адвокатского образования.


Такое поведение адвоката является проступком, влекущим применение мер дисциплинарной ответственности.»


Соглашаясь с доводами представления вице-президента АПСО президентом АПСО возбуждено настоящее дисциплинарное производство по признакам нарушения адвокатом положений пп.1,4 п.1, ст.7; п.2,4,6 ст.25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п.1,2 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката.


Будучи надлежащим образом уведомленным о возбуждении дисциплинарного производства, а также времени и месте и заседания квалификационной адвокат на заседание не явился, попросив рассмотреть материалы в его отсутствие.


Вице-президент АПСО и доверитель К. на заседание квалификационной комиссии не явились.


Квалификационная комиссия считает возможным рассмотреть настоящее дисциплинарное производство при данной явке, поскольку в п.3. ст.23 Кодекса профессиональной этики адвоката указано, что неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства. В этом случае квалификационная комиссия рассматривает дело по существу по имеющимся материалам и выслушивает тех участников производства, которые явились на заседание комиссии.


При принятии решения по существу квалификационная комиссия исследовала следующие документы:

- постановление президента АПСО от 22.04.2019 г. о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката Щ.

-представление вице- президента АПСО от 15.04.2019 г. о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката Щ.

- объяснения адвоката Щ. в которых адвокат признал, что действительно в кассу адвокатского образования гонорар не внес, поскольку такового не было, соглашение в письменном виде не оформил, но с 19.10.2017г по 28.02.2018г. оказывал юридическую помощь К. представляя её интересы, как потерпевшей по делу на следственных действиях. Ввиду отсутствия оплаты, а также узнав об участии в деле другого адвоката, к которому обратилась К., от дальнейшего сотрудничества с К. отказался.

- жалобу доверителя К. , в которой та утверждает, что никакого договора об оказании юридических услуг, соглашений и т.п. она с Щ. не заключала. 45 000 рублей отдала ему наличными – 1000-рублёвыми купюрами, при этом никаких квитанций и иных подтверждающих финансовых документов адвокат не предоставил .

- копию ордера адвоката Щ. от 19.10.2017г. по представлению интересов К. в уголовном деле, в качестве основания выдачи ордера указано

- соглашение.


Заслушав доводы участников дисциплинарного производства, исследовав материалы дисциплинарного производства, проведя голосование именными бюллетенями, квалификационная комиссия приходит к выводу о доказанности факта умышленного нарушения адвокатом Щ. положений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и норм адвокатской этики, при обстоятельствах, изложенных в представлении вице- президента АПСО и распоряжении президента АПСО.


Квалификационная комиссия руководствуется следующим.


Согласно пп. 2 п. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим является допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства.


После возбуждения дисциплинарного производства лица, органы и организации обратившиеся с жалобой, представлением, сообщением, адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, а также представители перечисленных лиц, органов и организаций являются участниками дисциплинарного производства.( п.6 ст.19 КПЭА)


Право участников дисциплинарного производства знакомиться с материалами дисциплинарного производства, участвовать в заседании комиссии лично или через представителя, давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения и предоставлять доказательства закреплено п.5 ст.23 КПЭА.


В соответствии с п.1 ст.23 КПЭА разбирательство в квалификационной комиссии осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства.


Автором представления указано, что адвокат Щ. приняв поручение на представление интересов К. не заключил соглашения об оказании юридической помощи и проявил профессиональную недобросовестность. Доводы представления подтверждены жалобами К. и копией ордера адвоката.


Адвокатом Щ. представлены письменные объяснения, в которых он указал, что что оказывал необходимую юридическую помощь К., но соглашения не заключал ввиду неуплаты К. гонорара. Этой же причиной адвокат объясняет отсутствие адвокатского досье и считает, что дисциплинарный проступок им не совершен.


Квалификационная комиссия с позицией адвоката согласиться не может и исходит из следующего .


В соответствии с ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подп.1 п.1 ст.7) адвокат обязан «честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами» На это же ориентирует п.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката.


Данное положение предполагает выполнение адвокатом своих обязанностей по защите интересов обратившихся к нему за правовой помощью лиц, прежде всего, с позиции добросовестного юриста. При этом адвокат должен соблюдать гарантированные законом права своего доверителя, это подчеркнуто п.2 ст. 8 КПЭА в котором указано на необходимость «уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения , соответствующих деловому общению»;


Деловое общение предполагает оформление взаимоотношений с доверителем в виде особого документа - соглашения об оказании юридической помощи.


В ст.25 вышеуказанного Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» раскрывается суть и понятие Соглашения об оказании юридической помощи, в частности, в п.2. указано, что соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.


п. 4. Существенными условиями соглашения являются:

1) указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;

2) предмет поручения;

3) условия выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь;

4) порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения;

5) размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения.

п.6 Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением».


Правильное оформление соглашения предотвращает возникновение впоследствии споров о соответствии оказанной юридической помощи тем запросам, с которыми доверитель обратился к адвокату. Адвокату следует согласовывать с доверителем действия по исполнению поручения, а также их стоимость, сроки и порядок внесения гонорара. Это необходимо сделать для того, чтобы доверитель понимал, какие юридически значимые и иные действия в его интересах будет осуществлять адвокат, и какое вознаграждение ему за это полагается.


Квалификационная комиссия считает установленным, что адвокат Щ. приступив к выполнению поручения не заключил соглашение на оказание юридической помощи в простой письменной форме, из которого был бы понятен объём и характер юридической помощи, нарушил при этом права доверителя на информированность о характере и объёме поручения


Это породило недопонимание со стороны доверителя и создало конфликтную ситуацию. Поэтому можно говорить о нарушении адвокатом положений п.2, 4, 6 ст.25 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и как, указано выше, п.1, 2 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката.


Вместе с тем квалификационная комиссия отмечает, что просьба доверителя К. относительно возврата уплаченных ею адвокату Щ. денег, находится вне рамок компетенции квалификационной комиссии и может быть разрешена исключительно в судебном порядке.


Поскольку адвокат Щ. нарушил вышеуказанные требования норм адвокатской этики, законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, квалификационная комиссия усматривает в его действиях состав дисциплинарного проступка.


В соответствии с п.1 ст.18 КПЭА нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом.


Как указано в п.2 ст.19 Кодекса профессиональной этики адвоката поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета.


С заключением квалификационной комиссии Совет АПСО полностью согласился, мерой дисциплинарной ответственности определил адвокату Щ. – предупреждение.


Обязанность адвоката сообщать в Совет адвокатской палаты об избрании формы адвокатского образования предусмотрена п.6 ст.15 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Последствия невыполнения этой обязанности указаны в п.п.5 п.2 ст.17 этого же Федерального закона и являются основанием для прекращения статуса адвоката.


Из представления вице-президента АПСО следует, что 15.01.2019г. адвокат Ю. за нарушение финансовой дисциплины была отчислена из адвокатского образования «…»


С этого времени адвокат Ю. не сообщила об избрании формы адвокатского образования, несмотря н