Please reload

Новости

Одно другому не противоречит

07.11.2019

1/5
Please reload

Публикации

Оправдательный приговор суда присяжных – из практики адвоката Олега Чистякова

 

Верховный Суд РФ вынес апелляционное определение по жалобе, поданной стороной обвинения на оправдательный приговор Свердловского областного суда, вынесенный с участием присяжных заседателей в отношении Мовсура Хасаева, обвинявшегося в убийстве по найму А., покушении на убийство Л. и П. с целью сокрытия убийства А., а также в незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов. Таким образом, ему вменялось совершение преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 222 УК.

 

Событие преступления и доводы гособвинения

Согласно протоколу судебного заседания Свердловского областного суда (имеется у «АГ») 27 мая 2011 г. в полночь у подъезда своего дома был убит А. Рядом с местом преступления находились охранники Л. и П., увидев которых, киллер произвел еще один выстрел, но уже в их сторону. После этого он скрылся.

В суде гособвинитель указал, что преступник быстро скрылся, а значит знал место отступления. Что касается Л. и П., то они оказались очевидцами совершения преступления, в связи с чем преступник решил их устранить, но те спрятались в подвале одного из домов.

В последующем свидетели Ч. и В. указывали, что видели Мовсура Хасаева за несколько часов до убийства А. во дворе дома. Гособвинитель отметил, что потерпевшие сначала указывали, что не видели лица киллера, поскольку было темно, а его скрывала кепка и поднятый ворот куртки, однако спустя 5 лет они также вспомнили и опознали Хасаева.

Прокурор также отметил, что 20 мая в Чеченской Республике умер дядя Мовсура Хасаева, и он, согласно показаниям находившихся там лиц, в течение недели готовился и проводил ритуалы по захоронению, осуществляемые по обычаям чеченцев. Однако сторона обвинения посчитала, что показания присутствовавших на похоронах направлены на обеспечение алиби Хасаеву, поскольку односельчане переживают за него, в то время как показаниям потерпевших и свидетелей оснований не доверять нет – у них нет причин оговаривать обвиняемого.

Кроме того, гособвинитель подчеркнул, что оружие было приобретено заранее, хранилось и переносилось к месту преступления, как и боеприпасы.

 

Позиция стороны защиты и вердикт присяжных

Дело рассматривал Свердловский областной суд с участием коллегии присяжных заседателей.

В суде адвокат АП Чеченской Республики Мурад Мусаев отметил, что тот никогда не был в Екатеринбурге, а оператор связи, сим-картой которого пользовался Хасаев, не смог определить нахождение его телефона в районе, где 26 и 27 мая находился убитый А.

Защитник также указал на неопределенность того, когда обвиняемый успел приехать, произвести разведку, подготовку, слежку за потерпевшим, приискать оружие и получить деньги с учетом проведения мероприятий, связанных с похоронами дяди.

Адвокат Свердловской областной гильдии адвокатов Олег Чистяков в свою очередь указывал, что в деле отсутствуют доказательства того, что Мовсур Хасаев на поезде либо самолетом приезжал или прилетал в Екатеринбург. Телефонных соединений между обвиняемым и А. не установлено.

Адвокат указал, что свидетель Ч. спустя 5 лет уверенно на фото опознала Хасаева, при том что он не общался с ней, а она видела предположительно его не более минуты. В то же время В. сказала, что обвиняемый «похож» на того, кого она видела 5 лет назад.

Олег Чистяков обратил внимание на то, что потерпевшие Л. и П. сразу после происшествия указывали, что не видели лица стрелка, так как оно было прикрыто кепкой. Но спустя 5 лет они узнали Хасаева по фотографии, причем один из них узнал обвиняемого по лбу, хотя его прикрывала кепка. Защитник подчеркнул, что сторона обвинения не ссылалась на экспертизы и видеозаписи, запечатлевшие убийство А. По его мнению, это связано с тем, что данные с видеозаписи противоречат показаниям потерпевших.

Адвокат КА «Партнёр групп» Николай Баторский заметил, что в момент убийства А. в том месте находилось от 3 до 4 человек, поэтому нельзя сделать вывод о том, что стрелявший целился именно в потерпевших. Однако именно они дают противоречивые показания. Защитник посчитал, что, если бы стрелявший хотел убить свидетелей, он бы сделал это. Николай Баторский также отметил наличие у Хасаева тремора и хромоты, с которой он не мог бы убежать. В то же время ДНК обвиняемого не была обнаружена на месте преступления, нет и доказательств убийства по найму.

Адвокат Уральской коллегии адвокатов Свердловской области Ростом Мархулия указал, что потерпевший П. вспомнил убийцу спустя 1,5 года, так как в день совершения преступления был в шоковом состоянии, а потом лицо «всплыло». Однако, отметил адвокат, шок является стимулирующим фактором запоминания: человек лучше помнит произошедшее в первые дни после пережитого шока.

Заслушав доводы сторон, 29 мая присяжные заседатели вынесли вердикт, которым признали его невиновным.

 

Сторона обвинения попыталась оспорить оправдательный приговор

Не согласившись с приговором, сторона обвинения подала апелляционное представление в Верховный Суд РФ (имеется у «АГ»). В нем гособвинители указали, что в нарушение ч. 3 ст. 328 УПК двое кандидатов в присяжные скрыли информацию о привлечении их родственников к уголовной ответственности.

Кроме того, председательствующий в нарушение ч. 7 ст. 335 УПК приобщил к материалам дела и разрешил предъявить присяжным фотографии, представленные защитой, не убедившись в их подлинности, не установив, кем и когда они были сделаны и кто на них изображен. Так, Мурад Мусаев, согласно представлению, предъявил снимки, на которых, по его выражению, изображено лицо, «как две капли воды» похожее на Хасаева. «Данное обстоятельство было использовано защитой для создания у присяжных ошибочного мнения о возможной причастности к преступлениям иного, неустановленного лица», – подчеркивается в документе.

Сторона обвинения отметила, что председательствующий без достаточных оснований принял решение об исследовании не являющегося доказательством по делу фоторобота. При этом Ростом Мархулия, демонстрируя фоторобот, указывал, что он не похож на Хасаева, чем формировал у присяжных предвзятость и предубеждение к протоколам опознания потерпевшими и свидетелями.

Также Олег Чистяков сообщил присяжным, что Хасаев неоднократно предлагал пройти исследование на полиграфе, в чем ему отказывали. Кроме того, сам подсудимый в нарушение ч. 8 ст. 335 УПК отмечал, что у него имеется материальный достаток, на иждивении находятся трое детей, анализировал действия сотрудников правоохранительных органов, чем пытался вызвать у них, по мнению гособвинения, предубеждение и жалость.

Указывается, что сторона защиты неоднократно нарушала нормы УПК, выкрикивая с места и комментируя действия председательствующего, а также предоставляя документы и доказательства, оценка которых не входила в полномочия присяжных и которые не исследовались с их участием. В связи с этим гособвинители попросили отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение.

Представитель матери убитого отметил, что председательствующий отказал в ходатайстве об оглашении запроса в военный комиссариат Чеченской Республики и ответа на него, чем ограничил потерпевшую в праве на представление доказательств. Кроме того, суд не принял решение по ходатайству об оглашении запроса в ГИБДД Чеченской Республики и ответа на него, в котором указывалось на наличие у Хасаева различных категорий вождения и на прохождение им медкомиссии в 2017 г. Данные сведения, по мнению представителя, опровергали довод защиты о невозможности совершения преступления подсудимым вследствие его физических недостатков. Он попросил отменить приговор и направить его на новое рассмотрение.

 

Верховный Суд не нашел оснований для изменения приговора

Заслушав доводы сторон, Верховный Суд указал, что дело было рассмотрено законным составом коллегии присяжных заседателей, которая была сформирована с соблюдением ст. 328 УПК. Он отметил, что судимости родственников кандидатов на момент формирования коллегии присяжных заседателей были погашены. Кроме того, из протокола судебного заседания видно, что перед кандидатами не ставились вопросы о том, имеются ли у них родственники, судимости которых погашены.

«Из материалов дела следует, что соответствующие запросы о судимостях родственников данных присяжных заседателей были подготовлены еще до окончания судебного следствия и сторона обвинения при наличии сомнений в достоверности сообщенных сведений при отборе присяжных не была лишена возможности заявить об этом суду, чего сделано не было, а сведения о судимостях были представлены лишь после состоявшегося оправдательного вердикта», – подчеркнул ВС.

Суд указал, что действия председательствующего по ведению судебного следствия осуществлялись в рамках процессуальных полномочий, предоставленных ему ст. 335 УПК, а доводы об ограничении прав матери убитого не основаны на материалах дела.

«Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегией присяжных заседателей и постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено», – отметил Верховный Суд.

Он указал, что для оценки хромоты Мовсура Хасаева была предоставлена видеозапись, в связи с чем отказ суда в оглашении других документов, направленных на исследование того же обстоятельства, о чем ходатайствовал представитель потерпевшей, не может быть расценен как ущемление ее прав на представление доказательств.

Кроме того, ВС указал, что судом было принято решение о предоставлении фотографий лишь самого Хасаева, снимки иных лиц присяжным не предъявлялись. При этом ни по ходу судебного следствия, ни при выступлениях в прениях Мурад Мусаев не сообщал о том, что имеется лицо, «как две капли воды» похожее на Хасаева, а фоторобот был предъявлен при отсутствии возражений стороны обвинения.

Также ВС отметил, что ни в прениях, ни в последнем слове Мовсур Хасаев не доводил до присяжных информацию, не подлежащую оглашению в их присутствии.

Таким образом, Суд определил оставить приговор Свердловского областного суда без изменения.

 

Защитники о деле

Олег Чистяков отметил, что Верховный Суд верно оценил абсурдность и несостоятельность доводов стороны обвинения и в строгом соответствии с законом принял взвешенное и справедливое решение.

«Считаю, что вердикт коллегии присяжных, единогласно (8 голосов за) вынесших решение об оправдании Хасаева, справедлив. В свою очередь Верховный Суд, еще раз убедившись в этом, отказал в удовлетворении апелляционного представления, поданного сотрудниками прокуратуры Свердловской области в связи с отсутствием каких-либо законных оснований для отмены оправдательного приговора», – заключил адвокат.

Николай Баторский отметил, что доволен апелляционным определением Верховного Суда, добавив, что оно законно и обоснованно.

Please reload

Мы в соцсетях